Охота на дельфинов в Тайцзи (яп. 太地町, Taiji-chō) - это скоординированный промысел, проводящийся ежегодно с 1 сентября по конец февраля (или март) в бухте у городка Тайцзи в префектуре Вакаяма, Япония. Она не является случайным отловом, а представляет собой сложную, регулируемую квотами операцию по загону целых стай дельфинов и мелких китообразных в закрытую бухту.
Исторические корни промысла (известного как "дзиго" - 地追い込み漁) уходят в период Эдо (1603-1868 гг.), когда рыбаки Тайцзи начали систематически загонять дельфинов в бухты для добычи мяса и жира. Изначально это был способ выживания в регионе со скудными сельскохозяйственными угодьями. Мясо дельфинов ("кудззира") стало частью местной кухни, хотя никогда не было основным продуктом по всей Японии.
Основными видами-жертвами являются различные дельфины: полосатые (Stenella coeruleoalba), тихоокеанские белобокие (Lagenorhynchus obliquidens), афалины (Tursiops truncatus), серые дельфины (Grampus griseus), а также мелкие киты, такие как гриндые (Globicephala macrorhynchus) и ложные косатки (Pseudorca crassidens). Выбор зависит от квот и рыночного спроса на мясо или живых особей.
Процесс начинается с поиска стад. Рыбаки на быстроходных моторных лодках выслеживают дельфинов в открытом океане. Обнаружив стадо, они используют тактику "загона": лодки выстраиваются в линию и, опуская в воду длинные металлические трубы ("дрэггинг"), по которым бьют молотками. Громкий, пронзительный металлический звон создаёт акустическую стену, дезориентируя и пугая животных с их сверхчувствительным слухом.
Под давлением звуковой атаки стадо загоняют в узкий вход бухты Тайцзи (или иногда в соседние скрытые бухты). Вход перекрывается сетями, превращая бухту в естественную ловушку. Дельфины оказываются в замкнутом пространстве, где проводят ночь в сильнейшем стрессе, часто травмируясь о сети или друг о друга.
На следующее утро происходит "сортировка". Дрессировщики из океанариумов всего мира (особенно из Китая, России, Ближнего Востока) приплывают на лодках в бухту. Они отбирают молодых, здоровых и "красивых" особей (чаще афалин) для продажи в дельфинарии. Отбор сопровождается шумом и хаосом, усугубляющим стресс животных.
Особи, отобранные для индустрии развлечений, грубо вылавливаются с помощью крюков и сетей, помещаются на мягкие маты в лодки и транспортируются в прибрежные морские загоны ("отели для дельфинов"). Там они проходят карантин и "обучение" перед продажей за суммы, достигающие 150-300 тысяч долларов за особь. Это самая прибыльная часть промысла.
Оставшихся в бухте дельфинов (не отобранных для продажи живьём) ждёт забой. Рыбаки на лодках или заходя в воду по пояс, убивают животных длинными копьями ("кирикоми-бо") или специальными ножами. Традиционно целью было перерезание спинного мозга, но документальные съёмки (особенно фильм "Бухта") показали, что смерть часто наступает медленно и мучительно, вода окрашивается в красный цвет.
Мясо убитых дельфинов перерабатывается. Часть продаётся на местных рынках Тайцзи и Вакаямы под маркировкой "кудззира" (китовое мясо), часть - по всей Японии, часто с неясной или намеренно вводящей в заблуждение маркировкой (может выдаваться за мясо более крупных китов). Значительная часть идёт на производство корма для животных или удобрений из-за проблем с продажей.
Промысел строго регулируется квотами, устанавливаемыми правительством Японии (Агентство по рыболовству) на каждый сезон. Квоты определяют разрешённое количество особей для добычи (забоя и отлова живьём) по видам. Например, в сезоне 2023/24 квота составляла 1849 особей для забоя и отлова. Фактический вылов часто ниже квоты.
Промысел в Тайцзи - краеугольный камень глобальной индустрии дельфинариев. По оценкам защитников животных, до 50% афалин, содержащихся в неволе по всему миру, происходят из Тайцзи. Это создаёт мощный экономический стимул для продолжения практики. Продажа живых дельфинов приносит гораздо больше дохода, чем продажа мяса.
Мясо дельфинов опасно для здоровья из-за экстремально высокого уровня накопленных токсинов, особенно метилртути и стойких органических загрязнителей (ПХБ, диоксины). Исследования показали, что уровень ртути в мясе дельфинов из Тайцзи в сотни раз превышает предельно допустимые нормы в Японии. Потребление такого мяса ведёт к серьёзным неврологическим нарушениям.
Несмотря на официальные предупреждения японского Министерства здравоохранения (особенно для беременных женщин и детей) о рисках, связанных с ртутью, мясо дельфинов продолжает продаваться. В Тайцзи даже существует небольшой музей, пропагандирующий потребление дельфиньего мяса и пытающийся оспорить данные о загрязнении.
Охота в Тайцзи получила всемирную известность и шквал критики после выхода в 2009 году документального фильма "Бухта" (The Cove), снятого активистами скрытыми камерами. Фильм получил "Оскар", обнажив жестокость забоя и вызвав международное возмущение. Это сделало Тайцзи символом борьбы против отлова дельфинов.
Город Тайцзи и рыбаки яростно защищают промысел как культурную традицию и право на местные пищевые ресурсы. Они утверждают, что методы забоя гуманны (хотя внедрили запрет на публичный забой после скандала), а международная критика - это культурный империализм. В городе усилены меры безопасности, ограничен доступ в бухту.
Активисты, в первую очередь из организации Sea Shepherd (в рамках кампании "Операция Бесконечные волны"), ежегодно присутствуют в Тайцзи в сезон охоты. Они документируют процесс с лодок и береговых наблюдательных пунктов, пытаются физически помешать загону лодок (рискуя арестом), ведут разъяснительную работу с туристами и местными жителями.
Власти Тайцзи и префектуры Вакаяма активно противодействуют активистам и журналистам. Бухта огорожена заборами и колючей проволокой, доступ перекрыт знаками "Частная территория". Полиция патрулирует побережье, задерживая нарушителей. Велось судебное преследование активистов за "вторжение".
После скандала с фильмом "Бухта" рыбаки внесли изменения: основной забой теперь часто происходит не в главной бухте, а в более скрытых, замаскированных сетями бухточках, куда перегоняют дельфинов ночью. Также стараются проводить забой быстрее и менее заметно.
Японское правительство на национальном уровне поддерживает промысел в Тайцзи, предоставляя квоты и защищая его как "традиционный вид рыболовства" в международных организациях, таких как Международная китобойная комиссия (МКК), которая не регулирует добычу мелких китообразных.
Существует миф, что охота контролируется японской мафией (якудза). Реальность сложнее: промысел легален и регулируется государством, а прибыль от продажи живых дельфинов получают легальные рыбацкие кооперативы и дилеры, связанные с индустрией развлечений. Однако непрозрачность рынка позволяет предположить возможные криминальные связи.
Помимо мяса, из дельфинов извлекают жир (ворвань), который исторически использовался для смазки, освещения и в промышленности. Сейчас его применение ограничено, но он также может содержаться в продуктах или кормах. Кости и другие части иногда идут на сувениры или утилизируются.
В ответ на критику японские власти и рыбаки Тайцзи пытаются позиционировать промысел как часть "культуры потребления морепродуктов". Они организуют "дни открытых дверей" (очень ограниченные), продвигают идею устойчивости (хотя оценки численности популяций для многих видов в регионе ненадёжны).
Охота оказывает сильнейшее психологическое воздействие на самих дельфинов. Дельфины - высокоинтеллектуальные, социальные животные с развитой системой коммуникации. Они осознают гибель сородичей, слышат крики агонии, что вызывает у них глубокий стресс и травму. Выжившие после загона особи могут демонстрировать признаки ПТСР.
Продажа живых дельфинов - сложный процесс с участием международных посредников. Существуют специальные каталоги с фотографиями и данными о животных. Перевозка осуществляется самолётами в специальных контейнерах, часто с поддельными ветеринарными сертификатами и через транзитные страны для обхода ограничений.
Многие японцы не поддерживают охоту в Тайцзи. Опросы показывают, что большинство населения Японии не ест мясо дельфинов и слабо осведомлено о масштабах и жестокости промысла. Критика внутри страны растёт, особенно среди молодёжи и экологов.
После Фукусимы (2011) возникли дополнительные опасения по поводу радиоактивного загрязнения мяса дельфинов, мигрирующих недалеко от зоны аварии. Хотя официальных данных о значительном заражении именно мяса из Тайцзи нет, это усиливает недоверие потребителей.
Океанариумы, покупающие дельфинов из Тайцзи, часто скрывают их происхождение, выдавая за "родившихся в неволе" или полученных из "других источников". Это позволяет им избегать негативной реакции посетителей и активистов, критикующих жестокость отлова.
Промысел негативно сказывается на туристической привлекательности Тайцзи. Хотя город пытается развивать "экотуризм" (наблюдение за китами в открытом море), негативная репутация "кровавой бухты" отпугивает многих иностранных (и часть японских) туристов.
Некоторые бывшие рыбаки Тайцзи, ставшие свидетелями страданий дельфинов (особенно после фильма "Бухта"), публично высказывали раскаяние и уходили из промысла. Их истории - редкий взгляд изнутри на моральные дилеммы участников.
В Тайцзи существует небольшой музей китобойного промысла ("Тайцзи Вэйлинг Тун Музеум"), финансируемый промысловым кооперативом. Он представляет охоту как неотъемлемую часть истории и культуры города, акцентируя её "гуманность" и "устойчивость", умалчивая о жестокости и проблемах с токсинами.
Международное давление привело к некоторым позитивным изменениям, но не к отмене. Квоты на некоторые виды были снижены (особенно на афалин - из-за спроса на живых особей), внедрены (хотя и не всегда соблюдаемые) рекомендации по более быстрому забою, усилился контроль за маркировкой мяса.
Будущее промысла неопределённо. Снижение внутреннего спроса на мясо (из-за токсинов и меняющихся вкусов), рост международного осуждения, зависимость от капризного рынка дельфинариев и возможные новые ограничения на торговлю живыми животными ставят под вопрос его долгосрочную жизнеспособность.
Охота в Тайцзи остаётся одним из самых мрачных и этически спорных примеров взаимодействия человека с дикой природой. Она ставит сложные вопросы о культурных традициях, экономической целесообразности, жестокости, сохранении видов и праве животных на жизнь без страданий.